22 декабря 2016Громкое дело: серийный насильник в столичных многоэтажках

«…17 декабря 1989 года Виталий Скуратович в нетрезвом состоянии оказался в столичном микрорайоне Серебрянка, где около 17.30 заметил ранее незнакомую малолетнюю П. 23.07.1976 г. р., которую решил изнасиловать. С этой целью он последовал за ней в дом по ул. Горовца, где проживала потерпевшая, зашел в лифт, приставив к животу нож, вывел из кабинки на 12 этаже. Избил рукой по лицу, изнасиловал.

16.01.1990 около 21.00 в нетрезвом состоянии на 12 этаже дома по ул. Нестерова изнасиловал малолетнюю Ш. 02.03.1977 г. р.

17.01.1990 на 12 этаже дома по ул. Руссиянова около 16.00 изнасиловал малолетнюю Е. 03.09.1979 г. р.

…30.03.1990 в подъезде дома по ул. Казинца напал на несовершеннолетнюю С. Набросив ей на шею ремешок от сумки, стал душить. Потерпевшая оказала сопротивление: боролась, царапалась, был вынужден отпустить.

31.03.1990 около 21.00 в нетрезвом состоянии в микрорайоне Юго-Запад встретил Р. 25.10.1974 г. р. Вошел за ней в подъезд дома по ул. Голубева, где с ножом напал в кабине лифта. Когда потерпевшая стала кричать, трижды ударил кулаком по голове, на восьмом этаже вытащил из лифта и повел по лестнице наверх. Продолжала сопротивляться, бил кулаком по голове и различным частям тела, душил. На площадке между 11 и 12 этажами, когда потерпевшая пыталась нанести удары, вывернул ей правую руку, причинив тяжкие телесные повреждения в виде перелома и вывиха костей правого предплечья, открытого перелома надмыщелка, наружного мыщелка плеча. Повалив потерпевшую на площадку, раздел и изнасиловал. Решил убить, так как знал, что его разыскивают. Стал душить руками и шарфом. Когда потерпевшая притворилась мертвой, прижигал тело спичками. Убедившись, что еще жива, нанес удар ножом в левую половину грудной клетки.

06.04.1990 около 20.00 в нетрезвом состоянии в подъезде дома по ул. Космонавтов заметил Ш. 23.04.1975 г. р. При виде Скуратовича она выбежала из лифта. Догнал, угрожая ножом, завел на площадку 12 этажа, изнасиловал. Решил убить. Нанес множество ударов в жизненно важные центры - брюшную полость, грудную клетку, поясничную область, в шею с повреждением спинного мозга. Оставил на верхней площадке, где ее заведомо не могли обнаружить, однако ей удалось сползти вниз к балкону и позвать на помощь.

18.04.1990 около 20.00 на ул. Менделеева заметил входящих в дом сестер Л. Светлану 06.06.1977 г. р. и Валентину 25.09.1979 г. р. На 12 этаже изнасиловал Светлану в присутствии младшей сестры...»

Преступный почерк

Эта выдержка из копии обвинительного заключения в отношении Скуратовича, в которой описаны далеко не все эпизоды его преступной деятельности, сделанная мною в прокуратуре города после исполнения приговора суда, спустя десятилетия помогла восстановить в памяти события, предшествовавшие раскрытию серии изнасилований.

Ввиду того, что первые злодеяния были совершены в разных частях города, уголовные дела по подследственности возбуждались прокуратурами этих районов. В январе 1990 года на одном из занятий по служебной подготовке в Минской высшей школе МВД СССР начальник отдела по раскрытию преступлений против личности управления уголовного розыска УВД Мингор­исполкома Николай Лапатик сообщил: в утренней сводке снова зафиксировано изнасилование несовершеннолетней. На мое предположение, что это продолжение серии, руководитель возразил, дескать, потерпевшие указывают несхожие приметы, возраст насильников. «Но это же дети. Они по-разному воспринимают взрослых людей», - сказал я тогда. На этом наша минутная дискуссия закончилась.

Размышляя над случившимся, обратил внимание на то, что все нападения происходили в подъездах, в каждом случае фигурировал нож, а это уже почерк. Поэтому, когда в сводке было зафиксировано пятое изнасилование несовершеннолетней, предложил начальнику столичного УУР Михаилу Медведеву убедить руководство городской прокуратуры объединить уголовные дела и создать совместную следственно-оперативную группу. Михаил Михайлович согласился, но подчеркнул: «Нужны веские основания. Зай­мись анализом совершенных преступлений для обоснования такого шага…»

Я собрал все сведения об обстоятельствах и характере произошедших злодеяний. Составил аналитическую таблицу: дни недели, время, место, характер действий нападавшего, его приметы. Как показали результаты предварительного анализа, преступления совершались в разных районах города, но только в домах определенной постройки: более девяти этажей, лестницы расположены вдали от лифтов и квартир (так называемый чешский проект). Это объясняло, почему жильцы не слышали криков потерпевших. Дни, в которые происходили изнасилования, - вторник, четверг, пятница. Время: после обеда. Приметы злоумышленника: 25 - 30 лет, среднего роста и телосложения, волосы русые, короткие, зачесаны на бок, небольшие светлые усы.

Случившееся 30 марта на улице Казинца нападение завершилось покушением на изнасилование. 13-летняя девочка оказалась спортсменкой: не кричала, но активно боролась, царапалась. В сумке, которую держал преступник, потерпевшая заметила складной нож и какие-то таблетки. Кроме того, несовершеннолетняя обратила внимание на исходивший от мужчины неприятный запах. Поскольку об этом твердили многие жертвы, даже возникло подозрение, что насильник - водитель-ассенизатор.

Опасность растёт

В каждом следующем случае преступник проявлял всё большую агрессию. 31 марта на улице Голубева он уже не только угрожал ножом, но и причинил тяжкие телесные повреждения потерпевшей, пытаясь ее убить.

К этому моменту уголовные дела по фактам покушений и изнасилований были объединены в одно производство. Их расследование поручили следователю по важнейшим делам прокуратуры Минска Петру Редько. Уголовно-розыскное дело находилось в моем ведении. По указанию руководства УВД на поиск подозреваемого ориентировали всех сотрудников столичной милиции.

Мне в помощь прикомандировали четверых сыщиков из райотделов. Они занимались проверкой наиболее значимой информации. Я руководил группой, собирал и анализировал поступающие сведения. Обратился к заместителям начальников районных ОВД Органы внутренних дел по оперативной работе с просьбой поручить участковым инспекторам переписать адреса расположенных на территории их обслуживания домов, построенных по чешскому проекту. На следующий день эти списки были у меня, в них числилось 252 строения.

Еженедельно по пятницам у заместителя начальника УВД Мингорисполкома по оперативной работе Бориса Тарлецкого проходили совещания по раскрытию этих преступлений. На них присутствовали и отчитывались представители всех райотделов города. Я вел протокол и аккумулировал информацию, а однажды предложил:

- Мы знаем приметы подозреваемого, адреса домов интересующего типа, дни и часы совершения преступлений. Если в каждом дворе в определенный промежуток времени выставить двух сотрудников в гражданской одежде, вероятность задержания возрастет практически до 100%. Потребуется 500 человек, но делать это нужно одновременно по всем адресам.

- А где я найду сразу 500 сотрудников? - возразил Тарлецкий.

- Количество можно сократить вдвое - задействовать по одному около каждого дома, а в помощь привлечь общественность: есть горкомы партии, комсомола, дружинники, в конце концов, курсанты.

На просьбу о помощи начальник Минской высшей школы МВД СССР Владимир Савичев откликнулся с готовностью: «В наших учебных планах преду­смотрены практические занятия по работе личным сыском. Почему бы не оказать помощь столичной милиции?» Таким образом, каждый четверг с 18.00 до 20.00 по интересующим нас адресам дежурили курсанты. Группы выставили и территориальные ОВД Органы внутренних дел.

Тем не менее 6 апреля на улице Космонавтов произошло очередное жестокое нападение. Профессор городской клинической больницы скорой медицинской помощи, куда поместили потерпевшую, с осторожностью высказался о ее шансах на выздоровление: «Травмирование спинного мозга чаще всего приводит к инвалидности. Многое зависит от характера повреждения нервных волокон. А если лезвие ножа было грязным, в ране неизбежно начнется воспалительный процесс, который может привести к летальному исходу. Так что никакой гарантии дать не могу. На данный момент у девочки обездвижена правая рука. Состояние тяжелое».

В середине апреля из УУР МВД прибыла группа проверяющих, которым предстояло про­анализировать работу городской милиции по раскрытию серии изнасилований для подготовки к оперативному совещанию по этому вопросу у первого заместителя Министра. По итогам заседания было решено одобрить план оперативно-розыскных мероприятий, разработанный УУР УВД Мингорисполкома.

18 апреля в Партизанском районе по улице Менделеева было совершено, как оказалось, последнее нападение.

Интуиция не подвела

На состоявшемся 24 апреля совещании у прокурора города составленный мною и Петром Редько совместный план следственно-оперативных действий снова не претерпел изменений и дополнений.

На следующий день я дежурил в суточном наряде. А утром 26-го, когда вернулся домой, жена предложила съездить за покупками: «Будний день, а ты дома. Когда еще такое будет?» Эти события запомнились, потому что получили неожиданное продолжение. Отдохнуть не удалось: постоянно росло внутреннее напряжение. Когда домочадцы отправились спать, я собрал ворох газет и сел на кухне читать. Чего-то ждал, чего, не знал сам… Около 23.00 раздался звонок в дверь. На пороге стоял старшина милиции:

- Вы Александров?

- Да.

- Приказано доставить вас в УВД.

- Что, поймали?!

- Ничего не знаю. Я из автопатруля Заводского РОВД Районный отдел внутренних дел. Дежурный дал ваш адрес и приказал срочно привезти в управление.

- Понял. Ждите внизу.

Интуитивно начал надевать одежду, которую купили в тот день, на что жена воскликнула:

- Ты с ума сошел! По чердакам и подвалам во всём новом?

- Сегодня праздник. Чувствую, задержали насильника. Сработал мой план.

В Московском РОВД Районный отдел внутренних дел, в кабинете начальника уголовного розыска, сидели двое: следователь Редько и неизвестный парень, которого я узнал сразу, будто был знаком с ним много лет. Виталий Скуратович сознался в совершении нападений на девочек и в деталях обо всём рассказывал.

Я сел спиной к окну и стал слушать, не вмешиваясь в допрос. Тихий диалог следователя и задержанного, монотонный стук клавиш печатной машинки нагоняли сон. Сказывались вторые сутки без сна. Я взял на столе случайную брошюрку и стал просматривать. В какой-то момент наступила тишина. Поднял глаза и чуть не рассмеялся - оба собеседника спали, сидя на стульях. На часах было 5.30. Через полчаса разбудил Петра, допрос продолжился.

В 6.30 позвонил Лапатику, затем Медведеву, доложил о раскрытии изнасилований и планируемых действиях. Опознание назначили на 11.00. К этому времени привезли всех потерпевших. Каждая уверенно опознала своего обидчика. Даже из БСМП на карете скорой помощи доставили девочку, получившую серьезные травмы, - в РОВД Районный отдел внутренних дел ее внесли санитары. Воспоминание об эпизоде с ее участием до сих пор вызывает дрожь...

Несовершеннолетняя не могла ходить, ее парализованная рука покоилась на перевязи. Когда опознаваемые по команде повернулись к ней лицом, девочка побледнела, встала, протянула не двигавшуюся до этого руку перед собой и, указывая на Скуратовича, пошла мелкими шагами в его сторону, повторяя: «Вот он! Вот он! Вот он!» Все находившиеся в кабинете были шокированы, у большинства на глазах выступили слезы. После опознания она вышла из кабинета, поддерживаемая санитарами. Так стрессовая ситуация помогла девочке справиться с параличом.

Закономерный итог

Когда процесс опознания был завершен, я вошел в пустой кабинет заместителя начальника РОВД Районный отдел внутренних дел Виктора Потаповича, позвонил Медведеву, чтобы доложить о результатах. Мне разрешили отдыхать до 3 мая - заслужил. Повесив трубку, опустил голову на руки и закрыл глаза. Однако не успел смежить веки, как открылась дверь, вошли родители потерпевших и сами девочки. Получить величайшую награду за свой труд - слова благодарности - сыщикам удается нечасто. Я был в растерянности, а эти люди беспрерывно повторяли: «Спасибо, спасибо…»

Вернувшись домой, спал около суток. 30 апреля с Редько повторно допросили Скуратовича в ИВС. На вопрос: «Ваши манипуляции при нападении: удары, уколы, нанесение ранений ножом, повышенная агрессия в отношении жертв - это производилось для их запугивания, преодоления сопротивления или доставляло вам удовольствие?» получили ожидаемый ответ: «Да, без подобных действий у меня ничего не получалось». Этот вопрос я заранее подготовил и специально задал, чтобы подчеркнуть общественную опасность совершенных злоумышленником деяний. Проведенная в процессе предварительного расследования комплексная психолого-психиатрическая экспертиза подтвердила мои предположения: «Скуратович является психопатической личностью мозаичного круга. Особенности - неконфликтность, пассивность, снисходительность к себе, слабоволие, податливость желаниям и общая дисгармоничность личности. Задержка психосексуального развития. Высокая социальная опасность в последующем в связи с непредсказуемостью сексуального поведения».

Из преамбулы этого же заключения:

«Скуратович Виталий Александрович родился 4 декабря 1967 года в многодетной семье. Родители - рабочие. Отец склонен к злоупотреблению алкоголем, состоит на учете в наркодиспансере. Виталий в детстве рос и развивался нормально, тяжелыми заболеваниями не болел. Учился посредственно. По окончании восьми классов поступил в СПТУ-148 на специальность «слесарь». Во время службы в Чернигове совершил нападение на женщину в лесу, за что был отчислен с курсов переподготовки водителей. С июля 1988 года и до ареста работал водителем грузового автомобильного парка № 1. Взысканий и поощрений не имел. По характеру молчаливый, скрытный».

По совокупности совершенных преступлений суд приговорил Скуратовича к высшей мере наказания.

О том, как проходило задержание, я узнал позже. Две студентки-дружинницы и двое участковых инспекторов находились в одном из дворов микрорайона Юго-Запад. Сотрудники милиции на некоторое время отлучились в расположенный неподалеку ОПОП, а девушки остались наблюдать за прохожими. В какой-то момент они заметили мужчину, схожего по приметам с разыскиваемым, который шел за двумя девочками. Одна из студенток побежала за участковыми, а вторая продолжила следить за подозрительным человеком.

Подоспевшим на место стражам правопорядка девушка показала, в какой подъезд вошел прохожий. Один милиционер начал подниматься по лестнице, другой спускался вниз навстречу напарнику. На площадке третьего этажа сотрудники столкнулись с мужчиной, держащим небольшую сумку. Тот предъявил водительское удостоверение и объяснил: дескать, разыскивал квартиру брата, у которого давно не был, и заблудился…

Подозрительного прохожего доставили в Московский РОВД Районный отдел внутренних дел. Заглянувший в ОДС Оперативно дежурная служба начальник ОУР Отдел уголовного розыска Владимир Юрченко решил побеседовать с парнем: в глаза бросилось поразительное сходство с фотороботом, а когда обнаружил в его сумке упаковки с таблетками, как бы невзначай спросил:

- А нож где?

И услышал неожиданное признание:

- Выбросил.

- Почему?

- Знал, что меня ищут.

- За что?

- За изнасилования.

После таких слов в РОВД Районный отдел внутренних дел срочно вызвали следователя Редько, а затем и меня. Пусть это прозвучит нескромно, но после задержания подозреваемого я почувствовал профессиональное удовлетворение: всё-таки сработал мой план, пригодились знания и опыт. Заслуги тех, кто приложил к этому много усилий, не остались незамеченными. Для меня же высшей наградой была и остается искренняя благодарность родителей потерпевших девочек.

Александр АЛЕКСАНДРОВ, в прошлом - старший оперуполномоченный
 по особо важным делам отдела по раскрытию преступлений против личности
 УУР УВД Мингорисполкома, подполковник милиции в отставке.

Телефон доверия
#моямилиция