22 декабря 2015Точный лазер и легкая рука


Гланды, аденоиды, фарингит, гайморит. С такими хворями ассоциируется обычно лор-врач. Доктор Василий Мельник всей своей практикой расширяет стереотипное представление о специальности. Что только не приходится «чинить» в больном организме начальнику отделения отоларингологии Республиканского госпиталя МВД, доктору медицинских наук, подполковнику в отставке. Но он успевает не только это. Врач разрабатывает новые методики, пишет научные статьи и книги. Корреспондент «Р» встретилась с доктором Мельником.



Сегодня у Василия Федоровича четыре операции. Две перегородки и две лазерные манипуляции. Иссечение хрящей. Для опытного врача поток больных — обычное дело. Хирург спокоен. У него до 300 операций в год и около 10 000 за тридцать лет работы.

Екатерина Журимская дышала вполноса с детства – результат травмы. Операции всегда боялась. Но после разговора с Василием Федоровичем страх как рукой сняло. Сегодня Катя уже не помнит огромный дискомфорт, который испытывала. Девушка с наслаждением вбирает носом утреннюю свежесть и признается: «Это чудо!» Такое волшебство творит Василий Мельник с 1983 года. Это сегодня у него самый модернизированный в стране кабинет, новейшее оборудование и современный инструментарий. В начале врачебного пути вся надежда была на мозг и руки. Плюс рентген – в ассистентах. Василий Федорович стал сам разрабатывать новые методики, придумывать и приспосабливать инструменты для работы.

У врача Мельника запатентовано пять изобретений, которые применяют и сегодня. Некоторые – только в госпитале. Не случайно коллеги дали доктору прозвище Кулибин — по фамилии известного русского изобретателя, у которого все горело в руках. Так же спорится работа и у подполковника.

Василий Федорович посвящает в тонкости одной из самых сложных операций, которая связана с раскрытием клиновидной пазухи. Одно неверное движение – и пациент может ослепнуть или получить другое серьезное осложнение. Доктор Мельник нашел средство, как сделать вмешательство безопасным для пациента. Для наглядности Василий Федорович берет в руки макет черепа: «Вот вход в пазуху. Чтобы добраться до источника воспаления, надо вскрыть весь нос. Рядом — глазные нервы, мозг. А если не прооперировать такого больного экстренно, инфекция распространится на внутричерепную ямку, разовьется менингит. Мы разработали специальный инструмент – фризу. Он гарантирует, что мы не заденем и не повредим ничего по ходу вскрытия. Дальше промываем пазухи и лечим».

Когда в госпитале не было еще никаких аппаратов для лор-операций, изобретательный Василий Федорович приспособил технику, которую использовали хирурги-травматологи при вмешательствах на коленном суставе. Шейвер за компанию с лазером позволили удалять больные ткани, не повреждая здоровые. Особенно удобно таким способом устранять кисты и полипы. Теперь технология применяется широко, но доктор Мельник по праву считается ее первооткрывателем.

А еще Василий Федорович нашел способ, как облегчить жизнь пациентам с аллергическим вазомоторным ринитом: «Особенно от него страдают дети. Нос плохо дышит, капли не помогают. Мы стали применять для лечения таких пациентов лазерную коагуляцию участков носовых раковин. Совместили с шейвером. Добились хороших результатов. До этого отрезали раковину, коагулировали температурой, использовали плазменный нож, то были грубые операции. Сегодня мы имеем малую кровоточивость, безболезненность, что очень важно для детей. Никто такую методику больше не использует. Она эффективна и при удалении полипов из полости носа». Есть у доктора и другие наработки, которые помогают спасать сотни людей.

— Устаете от такой интенсивной службы?

На лице собеседника искренняя улыбка. Так увлеченно иной рассказывает про игру в волейбол:

— Мне интересно все. А когда интересно, о трудностях не думаешь. Просто работаешь. Это в принципе челюстно-лицевая хирургия. И зубы приходится удалять, и инородные тела, связанные со стоматологическими проблемами, свищи устраняем. Недавно гайморит вскрывали, зуб вогнанный нашли. Вскрыли ткань, а там злой гной… Неприглядные у нас операции.

Когда-то эта неприглядность отпугнула студента Минского медицинского института от отоларингологии. Но после выпуска его направили работать в Копыль. Молодой специалист Василий надеялся, что на должность хирурга. Свободным оказалось лишь место лор-врача. Мельник прикинул: а ведь и лор-органы можно оперировать. За первый год сделал двести операций и с нуля развил в больнице это направление.

А еще раньше, до института, Василий Мельник окончил Борисовскую фельдшерскую школу. Мама работала в медпункте, часто заходил послушать истории пациентов. Поэтому без сомнений пошел учиться на фельдшера. Работал в районе. А там всего хватало: роды принимал, разрывы зашивал, кости вправлял, даже палаты вел в местной больнице, когда не хватало врачей. «Тогда и понял, надо быть хирургом. Рукоделие больше нравится в лечении. Потом в армии был фельдшером артдивизиона, читал лекции солдатам».

Уже на шестом курсе мединститута Мельник делал первые самостоятельные операции. Он с гордостью вспоминает то время: «Нас никто не обязывал, но мы ходили на дежурства. Наши преподаватели-врачи давали нам делать операции. Там и научился хирургическим методикам».

В Копыле под руководством опытного наставника Василий делал почти все. И мастер забрал талантливого ученика в Минскую областную больницу. Тут и началась настоящая хирургия: ежедневная, непредсказуемая и сложная. Доктор Мельник извлекает из копилки врачебного опыта несколько уникальных историй: «Мальчик проглотил значок. Он раскрылся в пищеводе и воткнулся. Тяжело было. Но раз залез в пищевод ребенка, надо что-то делать. Крутил, крутил, звездочку достал, а булавка осталась. Пришлось добираться наружным способом через шею и убирать ее. Все закончилось хорошо. Привезли из деревни пациента без сознания. Грел на печке месяц ухо, нагрел тромбоз. Без сознания. Вскрывали черепную ямку, черпали, пока кровь не появилась. Самому в основном все приходилось делать».

А вот ситуация, которую даже представить трудно, не то чтобы реально действовать в ней. К доктору Мельнику привезли женщину после аварии на мотоцикле. Скальп висит на затылке. Череп, нос, веки голые. Медики работали в операционной около пяти часов. Василий Федорович трет в пальцах воображаемый песок: «Надо было отмыть кожу изнутри, чтобы песчинки не осталось, а потом пришить. В перчатках неудобно. Снял их, чтобы чувствовать песчинки и кожу пациентки. Сестра поливала, а я промывал. Потом совместили веки, губы, нос, чтобы все на место легло. Женщина осталась довольна результатом».

В таких напряженных буднях немногим практикующим докторам удается писать диссертации. Василий Мельник написал и защитил кандидатскую и докторскую. После смены подолгу пропадал в медицинской библиотеке: «Некоторые спрашивают: «А зачем тебе это?» Чтобы быть постоянно на профессиональном уровне. Это же надо собрать литературу, поднять столько источников. Ты расширяешь кругозор, выступаешь на конференциях, общаешься с коллегами».

Василий Мельник может говорить о своей работе часами. А благодарные пациенты — рассказывать о том, как доктор вернул им возможность полноценно дышать, слышать, произносить. Добродушие, ум, уверенность, богатый опыт, да что там: один взгляд хирурга Мельника — и пациент уже не боится операционного стола. Василию Федоровичу легко доверяют ухо, горло и нос. Знают – сделает в лучшем виде.

Ольга КОСЯКОВА
газета "Рэспублiка"

Телефон доверия
#моямилиция