21 апреля 2016«Отец был храбрым человеком и не боялся действовать в одиночку...»

В драматичный период раскулачивания и коллективизации советские активисты сталкивались с вооруженным сопротивлением, даже террором в Логойском районе. Так, 1 мая 1933 года на хуторе Буковщина около Больших Укроповичей был убит председатель Кореньского сельсовета Василий Михайлович Карпович. Узнав, что на этом хуторе остановились бандиты, он в сопровождении участкового милиционера поехал туда. Его жизнь прервал выстрел из винтовки или обреза…

В истории Смолевичской милиции особое место занимают братья Владимир, Григорий и Петр Довгалёнки.

Старший, Владимир, в 1925-м стал милиционером наружной службы в Смолевичах, затем работал в уголовном розыске Московской области (РСФСР Российская Советская Федеративная Социалистическая Республика). В 1939 году при ликвидации уголовной банды был тяжело ранен и вскоре умер.

Младший, Григорий, пришел в Смолевичскую милицию в 1934-м. Был бессменным секретарем партийной ячейки ВКП(б)Б. В предвоенный год выдвинут на работу в аппарате райисполкома. В начале войны участвовал в боевых операциях в составе Могилевского истребительного батальона НКВД БССР под командованием капитана К.Г. Владимирова. Когда в октябре 1942-го решением ЦК КП(б)Б был создан Смолевичский подпольный райком партии, Г.Д. Довгалёнок стал его секретарем.

Весьма насыщенной была жизнь и деятельность среднего из братьев, Петра. Родился он в 1926-м в д. Мгла Юрьевской волости Борисовского уезда в крестьянской большой, но небогатой семье. В Смолевичскую милицию пришел работать по комсомольской путевке в 1926 году. Два года был милиционером Юрьевского участка. В октябре 1928-го призван в ряды Красной Армии. После учебы в полковой школе служил помкомвзвода 37-го кавалерийского полка 7-й Самарской дивизии, которой в то время командовал К.К. Рокоссовский, ставший впоследствии прославленным военачальником, Маршалом Советского Союза и маршалом Польши, дважды Героем Советского Союза.

В июле 1930 года XVI съезд партии большевиков принял программу развернутого строительства социализма, которой предусматривались «меры по ликвидации капиталистических элементов и возобновления борьбы с преступностью». В соответствии с этим решением П.Д. Довгалёнок отозван из рядов РККА и назначен участковым уполномоченным Плещеницкой, а потом Логойской районной милиции. За успехи в борьбе с преступностью и содействие местным органам власти в проведении коллективизации сельского хозяйства приказом НКВД БССР от 15 августа 1933 года Петр Довгалёнок награжден нагрудным знаком «Пачэснаму мiлiцыянэру» и ценным подарком. А вскоре его зачислили курсантом Минской школы милиции им. М.В. Фрунзе. Судя по всему, и наградами, и продвижением по службе отмечено его участие в ликвидации так называемой «банды «Соколы».

Отучившись, Петр Довгалёнок пять лет работал оперуполномоченным уголовного розыска Крупского отдела милиции, а в 1940 году стал начальником паспортного отделения Вилейской милиции.

Из воспоминаний его дочери Дины Петровны Довгалёнок, 1935 г.р., проживающей в Жодино:

«Когда началась война, семьи партийных и ответственных работников погрузились в один эшелон. Туда же на открытую платформу милиционеры загрузили большой ящик с архивом райотдела. Буквально через несколько километров после того, как эшелон покинул город, поезд остановился. Каким-то образом машинистам стало известно, что железнодорожные пути впереди заминированы немецким диверсантом. Он был схвачен тремя пограничниками и там же на месте расстрелян. Пограничники на лошадях проследовали мимо нас, а эшелон двинулся на восток».

В начальный период Великой Отечественной войны П. Довгалёнок как командир взвода, а затем политрук особого саперного батальона НКВД участвовал в обороне Москвы.

В августе 1943 года его одного десантировали на территорию Червенского района, а вслед за ним там же высадилась и разведывательно-диверсионная спецгруппа НКГБ «Активные». Впоследствии П. Довгалёнок стал заместителем командира этой группы, в составе которой в начале июля 1944-го участвовал в освобождении Смолевичей, а затем в ликвидации окруженной вражеской группировки в лесных массивах района. Спецгруппа НКГБ «Активные» в составе 8 человек направлена в тыл противника 1 августа 1943-го. До 12 декабря ее возглавлял Ф.А. Сотников, позже его заместитель И.Г. Иванов.

«Активные» действовали на территории Минского, Червенского, Логойского и Смолевичского районов Минской области. Дислоцировались в д. Горново Червенского района.

В процессе боевой деятельности, кроме разведывательных задач и диверсионной работы, проводили специальные мероприятия контрразведывательного характера. Спецгруппой ликвидировано и ранено 167 солдат и офицеров врага. Выявлено, арестовано и разоблачено 6 агентов немецких спецслужб, 2 из которых переданы в Управление НКГБ БССР для проведения тщательного расследования. 5 июля 1944-го спецгруппа «Активные» соединилась с частями Красной Армии.

После освобождения района Петр Демьянович стал начальником Смолевичской милиции. Оперативная обстановка в то время здесь была сложной. Людей в отделе не хватало, поэтому П. Довгалёнок лично участвовал во всех проводимых мероприятиях по задержанию и вооруженных нелегалов, и обычных уголовников.

Газета «На страже Октября» в марте 1945 года писала:

«В Смолевичском районе Минской области сотрудники уголовного розыска с участием начальника районной милиции П.Д. Довгалёнка ликвидировали банду грабителей в составе 8 человек, которая совершила 15 тяжелых преступлений, в том числе 2 убийства. Задержано 6 гастролеров-грабителей, прибывших в район из других мест республики».

Особое внимание руководство районной милиции уделяло восстановлению паспортов, благодаря чему только в первом квартале 1945 года в ходе регистрации было выявлено 7 человек, представлявших оперативный интерес для органов НКВД.

В мае 1945 года оперативной группой в составе П.Д. Довгалёнка, участкового уполномоченного С.А. Таболича и оперуполномоченного уголовного розыска В.В. Суратовича была задержана уголовная группа, совершившая 5 грабежей граждан и состоявшая из главаря по прозвищу «Глухой» и двух бывших полицаев.

В конце 1945 года Петра Демьяновича перевели на службу в Заславль на должность начальника районного отдела милиции. Здесь и произошли самые значительные события его собственно милицейской биографии. Связаны они с противоборством вооруженной группе подпольной антисоветской организации «Черный Кот» (одно из названий «Белорусская освободительная армия»), информация о которой очень скупа, во многом недостоверна и противоречива. Эта засекреченная организация проходила в документах советских спецслужб по линии деятельности западных разведок. И только в последние десятилетия завеса тайны над «Черным Котом» стала приоткрываться.

Спецслужбы «третьего рейха» планировали создать и оставить в тылу наступавших советских войск целый «диверсионный фронт» от Балтики до Черного моря. Накануне операции «Багратион» ими был разработан секретный план под кодовым наименованием «Любимая Кошка» (нем. Liebes Kätzchen). Началась подготовка личного состава и материально-технической базы. Конспиративная сеть в Латвии получила название «Лесные Кошки», на Украине «Степной Кот», на Смоленщине и Брянщине «Дикий Кот». Белорусскому филиалу присвоили кодовое имя «Черный Кот». Белорусский националистический актив предложил на должность ее руководителя офицера десантного батальона «Дальвитц», майора Белорусской краевой обороны Михаила Витушко, члена подпольной Белоруской независимой партии (БНП), «третьей силы» в оккупированной гитлеровцами Беларуси. К слову, с 1939 по 1940 год Михаил был начальником Несвижского отдела милиции…

Отряды «Черного Кота» разделились в Беларуси на три сектора: «Белоруссия-Юг», «Белоруссия-Центр» и «Белоруссия-Север», каждый из которых имел своего руководителя, подчинявшегося главному штабу «Черного Кота», дислоцированному под Варшавой. В течение всего существования организации ее руководителем был Михаил Витушко. Немцы подготовили для этой армии около трех тысяч бойцов, большая часть которых летом 1944 года осталась в Белоруссии и ждала приказов Витушко. Несколько подразделений прошли подготовку в Восточной Пруссии и прибыли позднее. Все группы «Черного Кота» были обеспечены оборудованием для радиосвязи, вооружением, поддельными документами, медикаментами и деньгами.

Имеются сведения, что на территории республики немцами были построены 15 тайных бункеров, укомплектованных большими запасами продовольствия, оружия, боеприпасов и другим.

В сентябре 1945 года в Налибокской пуще на встрече командиров всех отрядов «Черного Кота», в которой приняли участие около 40 человек, в том числе сам Михаил Витушко, было рассмотрено много вопросов. В частности, принято решение о начале вооруженной антисоветской борьбы. Сразу же после сходки бойцы активизировались. Но участники отказались от масштабных диверсий, чтобы не подставлять под удар гражданское белорусское население. Боевики «Черного Кота» сосредоточились на точечных антисоветских акциях. Занимались диверсиями на железной дороге. Выпускали подпольные издания, вели антисоветскую пропаганду. Одним из направлений деятельности стало освобождение заключенных из тюрем.

Антисоветские отряды и группы этой организации неоднократно (в основном в пропагандистских целях) захватывали белорусские местечки и даже целые города. В марте 1948 года объединенная группа отрядов организации «Черный Кот» при помощи нескольких отрядов украинских «бульбовцев» (общее количество около 200 человек) напала на Новогрудок, чтобы освободить арестованных участников. В городе находилась база спецотдела госбезопасности, занимавшегося борьбой с антисоветчиной. В это время погиб один сотрудник милиции, участковый уполномоченный Прокофий Андреевич Жавнерко. С той же целью в сентябре 1948 года боевики «Черного Кота» напали на казармы МГБ в Кобринском районе.

В начале 1948 года боевики сектора БОА «Белоруссия-Север», который возглавлял Петр Гаевич, обстреляли военную автоколонну, убив и ранив несколько человек.

В начале декабря 1948 года боевики сектора БОА «Белоруссия-Юг» под руководством полевого командира по прозвищу «Сыч» напали на автоколонну.

Это далеко не полный перечень известных акций организации «Черный Кот» как на территории, так и за пределами БССР.

Объективности ради следует отметить, что, в отличие от польских и украинских антисоветских формирований, белорусские «лесные братья» в принципе не терроризировали гражданское население. Да, они совершали уголовные преступления, что в основном было связано с необходимостью добывать пищу и средства на существование.

Меньше всего данных о деятельности отрядов и групп «Черного Кота» на востоке Беларуси. Самый известный из них носит в некоторых источниках название «Борисовский отряд» (или несколько небольших отрядов и групп) Белорусской освободительной армии. Действовали боевики на пограничье Борисовского, Крупского, Белыничского и Березинского районов. Известные командиры и боевики – Решетник, Мороз, Хендоги, Соколович и др. в основном были ликвидированы до зимы 1948-го. Однако отдельные небольшие группы и одиночки действовали и позже, до 1952 года, а некоторые и дольше. Судя по имеющимся в нашем распоряжении данным, существовали отряды «Черного Кота» на территории Смолевичского и Логойского районов. Впрочем, сейчас нас интересуют именно те события, в которых непосредственно принимал участие начальник Заславльской милиции Петр Демьянович Довгалёнок.

Из воспоминаний Сергея Саввича Бельченко, последнего предвоенного Наркома и первого послевоенного Министра МВД БССР:

«Бандиты целенаправленно охотились за мной. В Минске 16 октября 1946 года снайпер из расположенного рядом с домом сарая, целясь через чердачное окно в окно моей спальни, выстрелил в меня. Это случилось на рассвете, вскоре после того как я вернулся домой. Так как я был укрыт в тот день купленным Надеждой Павловной (женой) одеялом, пуля, летевшая в меня, не пробила толщу ваты, а, свернув ее в комок, застряла там, нанеся в области живота удар и слабый ожог. Стрелявший быстро скрылся, да и активных мер поиска не принималось, т.к. убийств было тогда немало и отвлекать силы я не разрешил».

Случай исключительный. Понятно, что никакие уголовники в то время не могли организовать такое покушение. То было дело рук антисоветчиков. Подобных покушений не отмечено ни на Украине, ни в Литве. А ведь там были другие, не сравнимые с белорусскими масштабы антисоветского вооруженного сопротивления. Кто мог стрелять в главного милицейского начальника БССР? Какая организация за этим стояла, если «аковское» подполье в Минске на то время было уже разгромлено? Безусловно, действовать могли только люди, подготовленные немецкими спецслужбами. По некоторым сведениям, «Черный Кот» в 1946 году еще имел несколько явок в столице. Однако информации о том, что это покушение осуществили именно боевики упомянутой организации, нет. Зато теракт могла спланировать так называемая группа «Столица», которая изначально относилась к организации «Черный Кот», однако в 1944-м утратила связь с центральным командованием и далее действовала самостоятельно. Ее база находилась в районе Заславля в одном из бункеров бывшего Минского укреп-района («Линия Сталина»). Тайное убежище было и в самом Заславле. По некоторым данным, в группе насчитывалось от 50 до 80 человек, в дальнейшем она пополнилась бывшими полицейскими, членами СБМ и дезертировавшими из Красной Армии.

В свое время бывший командир отряда «Белавежа» высказал такое мнение:

«Операцию в Минске могла осуществить только группа «Столица». Она фактически действовала до конца осени – начала декабря 1946 года. К сожалению, никаких материалов этой группы не сохранилось или пока не обнаружено… Они полностью могли осуществить подобную акцию, т.к. имели подготовленных людей. Насколько помню, Витушко уже в Германии упоминал, что эта группа провела ряд акций».

Как же была ликвидирована эта антисоветская группа? И кто к этому был причастен?

В одном из архивных чекистских отчетов сообщалось:

«В январе-феврале с.г. (Судя по всему, 1947 год. – Авт.) спецгруппа старшего лейтенанта Анюшенко совершила ряд рейдов по наиболее пораженным бандитизмом районам Минской области, за время которых проделано следующее.

В Дзержинском районе ликвидирован районный шеф связи «Битюк», в Минском районе получены данные о подготовке бандитами налета на г. Заславль, о чем своевременно был информирован райотдел, по данным оперативной группы капитана А. Матвеева проведена чекистско-войсковая операция, в ходе которой ликвидирована «банда Ходыко».

Некоторые подробности этой операции нам удалось узнать у дочери Петра Демьяновича Довгалёнка:

«Отец был очень храбрым человеком и не боялся действовать в одиночку. В один из зимних дней он отправился на лошади, запряженной в небольшие санки со спинкой, в лес, где, судя по всему, надеялся обнаружить какие-то следы лесных разбойников. О последующих событиях рассказываю то, что видела сама, и то, что скупо поведал домочадцам отец. Так вот, в лесу на него откуда-то накинулся сзади бандит, хотевший захватить отца живым в плен. Однако отец каким-то образом перекрутился и сам взгромоздился на голову бандита так, что лицом тот оказался прижат к спинке санок, а его ноги волочились по снегу носками вниз. Таким образом отец и въехал в Заславль, проследовав к бывшему зданию пограничной комендатуры, в которой после войны размещались милиция и отдел госбезопасности. Проезжая возле дома, который мы снимали и который находился неподалеку, отец помахал нам с матерью, наблюдавшими за ним в окно, рукой с плеткой.

Задержанного практически сразу отправили под конвоем в Минск на пригородном поезде, т.к. надежных помещений для содержания заключенных в Заславле тогда не было.

Где-то ближе к весне (уже снег подтаивать стал) весь личный состав райотдела милиции, а именно около 10 человек, выбыл в лес в сторону Минска в район бывшего довоенного укрепрайона для ликвидации банды. Обстоятельств не знаю, но в Заславль милиционеры привезли 5 задержанных. Наверное, это были все бандиты, т.к. никаких убитых не привезли. В том числе не было ни убитых, ни раненых со стороны милиционеров. Встал вопрос доставки четырех задержанных, а были это белорусы, как будто бывшие полицейские, в Минск. О том, куда делся пятый, мне ничего не известно. Но то, что его никто не убивал, это точно. Так вот, арестанты заявили отцу, что если их повезут в Минск под конвоем, они обязательно совершат побег. Но если их повезет туда один отец, то они дают ему слово, что таких попыток делать не будут. И отец согласился! В пригородном поезде все пятеро ехали стоя. Арестанты обступили отца и так и доехали до Минска. Об их дальнейшей судьбе мне ничего не известно...

Из подслушанных разговоров взрослых слышала, что банду называли «Черный Кот» и она хотела захватить Заславль. Знаю, что брали бандитов в районе какого-то подземного укрытия в лесу. Там милиционеры нашли большие запасы продовольствия: зерна, муки, консервов, оружия. После этого про «Черного Кота» мне слышать не доводилось».

Если проанализировать сведения, почерпнутые из воспоминаний очевидца событий, то особенный интерес представляют два момента.

Во-первых, возникает вопрос: куда делся пятый задержанный? Самый логичный ответ, что это и был тот самый первый арестант, которого, перевербовав, вновь направили в лес, где с его помощью и взяли остальных четверых. В таком случае вопрос, почему его не отправили вместе с остальными задержанными, отпал сам собой.

Во-вторых, напрашивается вопрос, почему Петру Демьяновичу Довгалёнку была оказана такая честь со стороны задержанных белорусских антисоветчиков? Ведь действительно, что их удерживало от побега при конвоировании в Минск, кроме данного ими слова?

Не исключаю, что нашему герою приходилось сталкиваться с задержанными белорусскими диверсантами группы «Столица» (она же «банда Ходыко») по роду своей службы в довоенный и военный период на Минщине. Разгадка этой тайны еще ждет своего часа.

На мой взгляд, отчасти ответ на этот последний вопрос может крыться в характеризующих личность милиционера сведениях, почерпнутых из воспоминаний его дочери Дины Петровны. С ее слов, отец очень легко сходился с людьми, был человеком открытым и позитивным, опять же был большим профессионалом в своем деле, поэтому его часто направляли служить на запущенные участки работы.

Она вспомнила случай, когда еще в Вилейке шла с отцом по берегу р. Вилия. И вдруг они увидели, как одни дети сталкивали с берега в реку других. Что это было, она не знает, однако отец, не задумываясь, кинулся в глубокую воду и одного за другим спас шестерых тонувших ребят.

А уже после войны, в районе Заславля, когда солдаты гнали из Германии полученное в счет репарации стадо молочных коров, отец договорился со служивыми, чтобы те отдали ему одну из кормилиц на весь РОВД Районный отдел внутренних дел. А надо сказать, что первые послевоенные годы были очень голодными. Приобретенная таким образом корова была огромной по нашим меркам, за один удой давала целых три ведра молока. Так вот, Петр Демьянович распорядился, чтобы семьи милиционеров брали себе молока ровно столько, сколько каждой надо. Остальное выставлялось за воротами хлева в ведрах, накрытых холстинами, на улицу для нуждающихся. Со своими скрынями приходили к РОВД Районный отдел внутренних дел жители и города, и некоторых прилегающих деревень. По достоинству оценить этот поступок начальника милиции могут только люди, прошедшие через военное и послевоенное голодное лихолетье.

Довгалёнок в 1948 году возглавил подразделение уголовного розыска Минского РОВД Районный отдел внутренних дел. А через год снова возвратился в Смолевичи, где стал начальником паспортного отделения, которое и возглавлял вплоть до ухода на пенсию 18 сентября 1954 года.

15 января 1983-го личный состав РОВД Районный отдел внутренних дел в торжественной обстановке проводил заслуженного ветерана войны и милиции, отмеченного многими правительственными наградами Петра Демьяновича Довгалёнка в его последний путь.

P.S. Что же касается истории «Черного Кота», то в 1952 году Михаил Витушко вывел своих людей на запад через Польшу. Остался только отряд под руководством Евгения Жихаря, который продолжал вооруженную антисоветскую деятельность на территории Полоцкой области до 1954 года. Большинство бойцов отряда погибло в боях с войсками МГБ. Тогда Жихарь приказал остаткам бежать на запад через Польшу. Сам он остался и погиб в бою с войсками МГБ в январе 1955 года. С его смертью «Черный Кот» окончательно прекратил свою деятельность на территории БССР.

Андрей Тисецкий

Телефон доверия
#моямилиция