7 июня 2016«В случае сопротивления – уничтожить!»

Бывший начальник криминальной милиции Борисовского ГОВД Константин Семенович Исаенок в свое время вспоминал, что жители западных областей республики в первые послевоенные годы наезжали в город закупать одежду и другие товары. На обратном пути в зембинском направлении останавливались на ночлег на берегу р. Гайна. Немало пришлось потрудиться милиции, чтобы выявить группу тростеницких недорослей (из деревень Большая и Малая Тростеница), которые решили погреть руки на чужом добре.

 

  

 

Из рассказов членов семьи ныне покойного Владимира Александровича Сацукевича, уроженца д. Залесье Пересадского сельсовета Борисовского района, который в 1948 – 1952 годах учился в Борисовском педагогическом училище, а потом учительствовал и директорствовал в д. Дмитриевичи Березинского района:

«Владимир пешком из Борисова, из Старого Города, где жил в общежитии при своем учебном заведении, отправился домой за харчами. Время тогда было голодное и бедное, а студент хотел предстать пред светлы очи родителей не в затрапезном виде. Поэтому одолжил у товарища приличный костюм. На обратном пути из дома, уже в Борисове, в районе пешеходного моста через Березину, в вечерней темноте его переняли два местных молодых «соловья-разбойника», вроде бы даже вооруженные пистолетами, и «предложили» снять «лапсердак» и «пожертвовать» им съестные припасы. Но они не учли, что студент был не робкого десятка, да к тому же спортсменом-силовиком. Он одного за другим так уделал бандитов, что потом без труда доставил их в находившееся неподалеку 2-е (Старогородское) отделение милиции.

Через некоторое время Владимира вызвали в городской отдел милиции и в торжественной обстановке за оказание помощи в борьбе с преступным элементом наградили фотоаппаратом. А на следующий день Владимир пошел с ценным подарком на городской пляж, где у него украли фотоаппарат неизвестные злоумышленники».

 


Из воспоминаний сына оперуполномоченного Ф.С.Калеко, 1929 г.р.:

«Отец был уроженцем д. Зачистье Борисовского района, 1904 г.р. В борисовскую милицию пришел работать в 1927 году. В начале войны ушел на фронт и вернулся домой зимой 1945-1946 годов. Сразу же снова пошел работать в милицию. Мы в то время жили в Старом Городе. Из послевоенных дел впечатлила история с бандитом по фамилии Ажеренок, или Азаренок (точно не помню), на время рассматриваемых событий лет 20-30 отроду. В конце 1940-х – начале 1950-х он несколько раз звонил по телефону в милицию и сообщал о том, что в районе военного городка Печи – ограбление магазина, а когда вся милиция направлялась туда, спокойно грабил магазины в противоположной стороне – в Старом Городе. Для задержания Ажеренка (Азаренка) приезжали даже сыщики из Минска, однако поймать его так и не смогли. Тогда отец вместе с еще довоенным участковым – фронтовиком А.И. Можейко устроил засаду, спрятавшись в чулане барака на перекрестке улиц Лопатина и Урицкого, где злодей и появлялся. Ждали долго, но скрутили лихого бандита.

Вспоминал отец и про тот случай, когда он нашел корову, которую злоумышленники украли в д. Погодица. Увели животное со двора, обув в лапти...

Что же до известных представителей борисовского криминала того периода, то старожилы в том числе называют семью Карповичей, состоявшую из отца, инвалида без ног, троих его сыновей и дочери. Жили по ул. Трудовой, 5. Уголовное прошлое членов этой семьи началось еще с довоенных времен и продолжалось как при немцах, так и после освобождения».

От старожилов д. Забашевичи Борисовского района известно, что в 1946 г. в районе так называемого Горелого леса между деревнями Забашевка, Слободка, Красное и Заручье пряталась одна из банд.

Среди жителей города и района еще в начале 1950-х ходила присказка: «Станция Приямино – держи карман правильно, минуту простой – держи карман пустой».

На дороге в лесном массиве возле расположенной рядом со станцией деревней Бояры местные «соловьи-разбойники» перенимали и грабили пассажиров пригородного электропоезда. Конец этому был положен только в первой половине 1950-х.

 


Среди захороненных в д.Студенка Пригородного сельсовета Борисовского района воинов-освободителей и партизан покоится прах Петра Ивановича Иванова, который согласно книге «Памяць. Барысаў. Барысаўскi раён» до войны проживал на ст. Набелги Ленинградской области, был старшиной МВД БССР, погиб 06.08.1946 года.

 


Один из жителей Борисовщины, Владимир Иванович Кот, 1924 г.р., уроженец д.Новоселки Гливинского сельсовета Борисовского района, – оставил интересные записи о том неспокойном времени. С лета 1943 г. он – партизан отряда им. Щорса одноименной бригады, потом боец Красной Армии. Принимал участие в боях с немцами в Литве, Восточной Пруссии, с японцами – в Маньчжурии.

После демобилизации в 1947-м Владимир Иванович вплоть до выхода на пенсию работал шофером в борисовском райпотребсоюзе. В то время (октябрь 1948 года) транспортных средств в милиции катастрофически не хватало. Поэтому часто привлекались автомашины с водителями райпотребсоюза.

«Прошло уже четыре года после освобождения Беларуси, а по ее лесам продолжали шастать бывшие полицаи с оружием в руках, занимаясь грабежом и воровством, нагоняя страх на мирных жителей, совершая налеты на начавшие не так давно работать сельские магазины.

В районе Оздятичского сельсовета действовал полицай Вергейчик, которого милиция сколько ни ловила, так и не смогла поймать, пока он не клюнул на приманку и вместе с оружием не сдался сам. Однажды зимой в лесу женщина-почтальон везла на санях письма, денежные переводы и выручку магазина. Вергейчик остановил ее и забрал всю наличность. После этого случая начальник милиции написал официальное письмо и передал жене Вергейчика, к которой тот по ночам наведывался и которая с детьми проживала в д. Оздятичи. Когда он приходил, сельчане его видели, а когда уходил, никто не видел. В письме было написано, что если Вергейчик добровольно сдастся и сложит оружие, то ему всё простят и преследовать не будут, во что он и поверил…

В начале октября 1948 года я как обычно пришел на работу, и мы с председателем Борисовского райпотребсоюза Григорием Фомичом Катко срочно на автомашине отправились в городской отдел милиции. Там в машину села оперативная группа. Начальник милиции майор Кравчук, оперуполномоченный старший лейтенант Федор Степанович Калеко, оперуполномоченный лейтенант Константин Семенович Исаенок, собаковод с овчаркой лейтенант Сурмин, а также председатель Забашевского сельпо Константин Макеев. И мы срочно выехали в д. Старая Уша Березинского района. А накануне произошло ограбление магазина в д.Шабыньки Борисовского района. События развивались следующим образом.

Когда закончился рабочий день, в дом директора совхоза «Старо-Борисов», в котором размещался магазин и в котором проживали его жена и дочь – продавец, вошли два полицая, вооруженные карабинами, и приказали женщинам открыть магазин. Потом им велели стать в угол и не двигаться. После этого, закрыв дверь изнутри на крючок, бандиты начали действовать. Высыпали из вещмешков ржаную муку, выложили пустые чугунки на пол, начали заполнять емкости товаром. Забрали все шоколадные конфеты, почти всю водку, два хлопчатобумажных костюма, печенье, одеколон и несколько трубок хлопчатки, приказав хозяйке и дочке сидеть час в доме и никому после их ухода не звонить. Если сообщат о налете, полицаи пообещали сжечь их дом вместе с магазином, после чего удалились.

Пройдя километров пять, бандиты свернули на кладбище вблизи дороги – отдохнуть, а заодно перекусить. Распили одну бутылку водки, закусив шоколадными конфетами и печеньем, пошли дальше в д. Мощаница (Березинский район).

Время приближалось к полуночи, и они зашли в дом к деревенскому фельдшеру, где решили еще подкрепиться. Хозяин предложил свою закуску, после чего и его пригласили к столу выпить сто грамм. А когда поужинали и порядком захмелели, заговорили о том, чтобы пойти и убить участкового инспектора милиции, который не дает им свободно жить, грабить население и магазины. Последний проживал вместе с семьей в д. Старая Уша, которая находится на правой стороне речки Уша. Чтобы попасть туда из Мощаницы, надо было ехать по дороге через мост километров пять. Была и пешеходная стежка, напрямую через кладки, что наполовину сокращало путь.

Фельдшер проводил бандитов. Увидев, что они пошли по дороге через мост, побежал напрямую по стежке через кладки. Прибежав к участковому домой, предупредил его об опасности, после чего вернулся в Мощаницу.

Милиционер с наганом в руке приготовился у калитки встречать бандитов, которые появились примерно через час, идя по улице с награбленным товаром. Участковый, подпустив их метров на двадцать, крикнул: «Стой, кто идет?!», после чего выстрелил вверх. Бандиты бросили мешки с товаром и убежали.

Участковый собрал мешки, принес их в дом и позвонил в Березино, а те в Борисов. Нам позвонили, чтобы мы приезжали за товаром в д. Старая Уша. По дороге мы остановились напротив кладбища перед Мощаницей, где бандиты останавливались на первый привал. Овчарка привела точно на место отдыха, но дальше след не взяла. Наверное, преступники подстраховались, чем-то посыпали свои следы. Мы осмотрели пустую бутылку, бумажные обертки от шоколадных конфет и упаковки из-под печенья, что нам было не так важно, и поехали дальше в Старую Ушу за товаром.

Во время этой поездки оперуполномоченный старший лейтенант Калеко рассказал про случай с полицаем, который у него произошел в прошлом году в д. Красное (Между д. Дубовый Лог и д. Слободка Борисовского района. – А.Т.). Полицай из указанной деревни, Кимбицкий, при отступлении немцев из Беларуси в 1944-м убежать вместе с ними не успел, а добровольно сдаваться властям побоялся и прятался в лесу целых три года. За это время жена родила ребенка, все соседи догадывались от кого. Милиция наведывалась и днем и ночью с обыском в дом Кимбицкого, но безрезультатно. Соседи помогать в его поиске и захвате боялись, потому что он мог отомстить и ночью поджечь дом. Тогда в управлении милиции решили поручить это опасное задание старому, опытному, еще довоенному милиционеру старшему лейтенанту Калеко, который начал готовиться к захвату вооруженного обрезом полицая.

Оперуполномоченный точно выяснил, когда тот будет находиться в доме, и рано утром с наганом в руке смело вошел в дом. Тихо спросил у жены нелегала, которой за три года надоела такая жизнь – каждый день и ночь жить в таком кошмаре: «Где муж?». Она, ни слова не говоря, пальцем указала на потолок. Калеко бесшумно начал пробираться по лестнице на чердак дома, где в это время спал Кимбицкий. Когда оперативник стал открывать дверку чердака, она заскрипела, полицай проснулся. Вскочив с топчана, подбежал к милиционеру и, вцепившись мертвой хваткой обеими руками в горло, начал его душить. Рука старшего лейтенанта с наганом в это время была абсолютно свободной, и ему ничего не оставалось, как выстрелить в грудь бандита…».

 


В ликвидации послевоенного бандитизма активное участие принимали и военные, дислоцированные в Борисове.

Из воспоминаний Альберта Александровича Граковича, 1930 г.р.:

«Город, который стоял на перекрестке дорог, с железнодорожной станцией и складами, притягивал криминал будто магнитом. В 1946-1947 годах бандитизм был страшный: вооруженные налеты, ограбления, убийства. В темное время суток борисовчане на улицу без нужды старались не выходить, даже свет в домах не зажигали. Так боялись. Несмотря на указ о сдаче оружия, население припрятало его немало, поэтому приобрести, например, пистолет на том же рынке было несложно. У меня также был пистолет марки «парабеллум», который я постоянно держал при себе. Милиции, которая тогда состояла из бывших партизан, одной с обнаглевшими бандитами справиться было сложно. Порядок в Борисове помог навести генерал Павел Батов, командир 65-й армии, которую перевели в Печи. Войсковые патрули (офицер в звании не ниже капитана и двое солдат-автоматчиков) в случае неподчинения или угрозы стреляли на поражение. Не сразу, но фронтовики сделали город относительно спокойным. Бандюг частью уничтожили, а оставшиеся притихли, перебрались в другие места».

Об этом же вспоминает и ветеран Великой Отечественной войны, служивший затем в Советской Армии, а позже сотрудник МВД майор внутренней службы в отставке Александр Давыдович Чижиков, 05.06.1926 г.р.:

«В 1949 г. я был переведен для дальнейшего прохождения службы в военный городок Печи. Сначала был инструктором по вождению танков, потом выучился на офицера. Даже в первой половине 1950-х годов в Борисове была сложная криминальная обстановка. По городу патрулировали по 3-5 человек вооруженных солдат с офицером. Приходилось и мне ходить в эти патрули. В районе нынешнего мелькомбината по улице Труда была свалка военной техники. Это было одно из тех мест в городе, где любили собираться бандиты. Ходившие из Печей в увольнение солдаты брали с собой для обороны металлические трубки, обматывая их для маскировки газетами».

Справочно

Шестьдесят пятая армия второго формирования (65А) – общевойсковая армия в составе Вооруженных Сил СССР во время Великой Отечественной. С 22 октября 1942-го и до конца войны ею командовал генерал-лейтенант, с 29 июня 1944 г. генерал-полковник П.И. Батов.

В мае 1946-го 65А преобразована в 7-ю механизированную армию. В мае 1948 года управление 7-й отдельной танковой дивизии передислоцировано в город Борисов. В июле 1949 года дивизия переформирована в 7-ю механизированную армию в составе Белорусского военного округа. Армия имела в своем составе две танковые и две механизированные дивизии. В Борисове были расквартированы 10-я танковая Днепровская ордена Суворова дивизия, сформированная на базе 10-го танкового корпуса, и 15-я гвардейская механизированная Ровенская ордена Ленина Краснознаменная ордена Суворова дивизия, сформированная на базе 6-й гвардейской стрелковой дивизии.

Андрей Тисецкий

Телефон доверия
#моямилиция