www.mvd.gov.by

Служим Закону, Народу, Отчизне!

220030, Минск
ул. Городской Вал, 4

Круглосуточный
единый номер: 102

Государственная автоинспекция

Гражданство и миграция

Административные процедуры

Учебные заведения

Главное управление по наркоконтролю и противодействию торговле людьми

Главное управление охраны правопорядка и профилактики

2 сентября 2016Боец элитных подразделений советской милиции


Война принесла семье Ковалёвых немало горя. Сначала не стало младшего из детей - Дмитрия. Малютке едва исполнилось девять месяцев, когда он заболел корью. А потом пришла похоронка на отца - Максим Васильевич погиб в октябре 1943 года, освобождая Гомельщину.

На руках у овдовевшей Софии Яковлевны остались двое маленьких сыновей.

Рождённый в рубашке
Петру было шесть лет, когда началась война. Практически все военные годы вместе с матерью и братом они худо-бедно прожили в родной деревне Тёплое, что в Чаусском районе Могилевской области. Но настала зима 1943 - 1944 годов. Понимая, что, возможно, очень скоро Красная Армия прогонит их с белорусской земли, немцы начали особенно свирепствовать. После Нового года Ковалёвым предписали явиться на пересыльный пункт в деревню Гребенёво (уже в мирное время селение вошло в черту областного центра). Делать нечего, пришлось подчиниться. Их поместили за колючую проволоку прямо на снег, по соседству с лагерем военнопленных. Отсюда было только две дороги - на работу в Германию или на расстрел. Но Ковалёвым каким-то чудом удалось сбежать.

Домой они не пошли, осели в деревне Холмы (ныне это также территория Могилева, сейчас здесь располагается автомобильный завод имени С. М. Кирова). Жили тяжело, голодали. Мальчишки вместе со сверстниками, чтобы хоть что-нибудь достать из съестного, ходили к немцам, как они говорили, «халтурить». Захватчики, пообедав и не желая себя утруждать, отдавали им котелки с остатками пищи. Ребятишки доедали и мыли посуду.

Однажды кто-то из старших подбил Петю и других малышей на опасную шутку. Невдалеке работали советские военнопленные - под конвоем возили песок. Мальчишки, улучив минутку, выпустили воздух из всех колес.

- Спичку вставишь - шипит. Интересно! Но мы-то не знали, чем такие забавы могут обернуться, - вспоминает Петр Максимович.

Назавтра Ковалёв вместе с одним из друзей пошел мыть котелки раньше остальных. Вдруг военнопленный, ехавший на встречной подводе, замахал руками: «Убегайте! Сейчас стрелять будут!» Повторять ребятам не пришлось - они моментально пустились наутек. А вдогонку им действительно понеслись пулеметные очереди. Чуть живыми остались! Оказалось, фашисты, обнаружив спущенные колеса, посчитали это не детской шалостью, а намеренным вредительством. Подозрение пало на мальчишек, крутившихся возле кухни. Наказание же им избрали жесточайшее - смерть.

Как-то утром в деревню пришли советские разведчики: назавтра ожидалось наступление Красной Армии, поэтому местным посоветовали спрятаться в немецких блиндажах. Сельчане послушались, однако запастись водой забыли.

- Пить! - уже к вечеру стали просить самые маленькие.

А атака еще не начиналась…

Петя Ковалёв с другом самоотверженно бросились через открытую местность к колодцу. К месту назначения добрались благополучно. Заполнили фляги. Двинулись в обратный путь. Когда же до укрытия оставались считаные десятки метров, сзади послышался характерный свист…

- Ложись! - донесся голос советского разведчика.

Мальчишки вжались в землю. Один снаряд разорвался, упав впереди. Не попал в цель и второй. Отважных ребят (кстати, Пете тогда исполнилось лишь девять) только песком присыпало.

- А теперь ползком! - последовала еще одна команда. Слава Богу, всё закончилось благополучно.

Когда Могилевщину освободили, Ковалёвы отправились домой. Около 60 километров пришлось идти пешком. Деревня Тёплое встретила отнюдь не тепло - разрухой и пепелищами. Но родная хата уцелела, хоть и стояла без окон и дверей. Мать пошла в колхоз, где работала почти круглые сутки. В таком жестком ритме тогда трудились все. Отдохнут пять-шесть часов и всё еще уставшие и полуголодные возвращаются в поля, на фермы, заводы и фабрики. Никто не роптал, так как еще предстояло поднять из руин великую страну.

Мальчишки в свободное время носились по округе. Им всё было интересно. Игрушек практически не было, поэтому мальчуганы нередко баловались со взрывчаткой, оставшейся на полях сражений. Однажды Петр, его брат и двое соседских ребятишек решили взорвать очередную находку. Сделать это хотел Петр. Но сосед со слезами настоятельно просил: «Отдай!

Я нашел, мне и взрывать». Ковалёв согласился. А улыбающийся бедолага и двух метров не отошел, как бабахнуло… Подростку разворотило брюшную полость. Его даже в больницу везти не стали. Взрослые сразу поняли - с такими повреждениями не выживают. Остальных тяжело ранило, но медикам удалось их выходить.


На целине
Пришло время Петру Ковалёву идти в армию. В военкомате определили во внутренние войска и отправили в конвойную часть, которая дислоцировалась в Петропавловске (ныне административный центр Северо-Казахстанской области). Парень отдавал долг Родине на четыре месяца дольше положенного, что в те времена не было редкостью. Обычно служили только три года, но если не успевали обучить пополнение, которое должно было сменить собиравшихся в запас, срок продлевали. Именно в армии, как теперь шутит Петр Максимович, его «завербовали» в органы внутренних дел.

- Брали в петропавловскую милицию. Мне предстояло иметь дело с тем же преступным миром, с которым боролся, будучи солдатом срочной службы. За три года изучил эту работу. Она мне нравилась. Трудоустройство в родном колхозе, признаюсь, не очень привлекало. Это сейчас деревенские жители вольны самостоятельно выбирать свою жизненную дорогу. А в те годы существовала кампания по удержанию молодых людей в деревнях. Поэтому и паспортов они не имели. Получить же самый главный документ удавалось не каждому, - объясняет Петр Максимович.

В декабре 1957 года Ковалёв стал патрульным в местном ЛОМе. Тогда в транспортную милицию брали далеко не всех. В Советском Союзе эти подразделения считались элитными, что отражалось на материальном благополучии правоохранителей на железнодорожных, воздушных и водных магистралях. По сравнению с коллегами-территориалами платили им на 100 рублей больше, обеспечивали обмундированием лучшего качества, выделяли бесплатные проездные билеты и топливо.

Оперативная обстановка в Северном Казахстане оставляла желать лучшего. Этот край в какой-то момент сделали ссыльным. Кого туда только ни депортировали - чеченцев, ингушей, поволжских немцев!.. А кавказцы - люди горячие, чуть какой спор заходил, сразу же хватались за ножи-кинжалы со всеми вытекающими криминальными последствиями. Кроме того, в середине 1950-х в СССР началась реализация комплекса мероприятий по ликвидации отставания сельского хозяйства и увеличению производства зерна путем введения в оборот обширных целинных земельных ресурсов.

В Казахстан потянулись миллионы людей. Казалось, бескрайние степи собрали все национальности, которые тогда проживали в Советском Союзе. Однако ехали не только ударники труда, как это показано в киноленте режиссера Ивана Лукинского «Иван Бровкин на целине».

- Не поверите, преступивших закон было не меньше, чем добропорядочных граждан. Вы даже не представляете, как в то время в Северном Казахстане разгулялся бандитизм! Убийства, грабежи, кражи были обычным делом. Не проходило и ночи, чтобы какая-нибудь горячая голова не натворила чего криминального на прежде спокойном вокзале станции Петропавловск. Про дела территориалов долго и объяснять не буду. У них наши несколько ежедневно регистрируемых преступлений считались затишьем! Доходило до того, что железнодорожники по своим каналам предупреждали друг друга о приближении поезда с целинниками. Во избежание грабежей в радиусе полукилометра от станций закрывались все магазины и киоски. Если же представители какой-нибудь торговой точки зазеваются, то пассажиры этого состава хватали с полок всё, до чего дотягивались руки, и, естественно, не заплатив, прыгали в состав, который следовал дальше по маршруту, - рассказывает Петр Ковалёв.

Нападения на милиционеров - обычные истории. Правоохранители, вынужденные после окончания смены сдавать оружие, без ножа или кастета в кармане на улице не показывались. Ранее судимые нападали даже на райотделы и разоружали сотрудников! Однажды на целину спешил поезд, пассажирами которого были исключительно люди, уже преступавшие закон.

- Ну и навели они шороху в пути следования! Нас, солдат, подняли по тревоге, когда они на одной из станций стали поджигать дежурную комнату милиции. Пришлось утихомиривать их с помощью штыков, а потом возить на суд.

Кстати, отмечу вот какой парадокс, с которым я постоянно сталкивался во время службы на целине: да, представители преступного мира не любили нас, нападали, порой даже убивали. Но если вдруг кому из правоохранителей необходима была помощь при задержании, то стоило только крикнуть, как тут же находилось немало помощников скрутить нарушителя, в том числе среди имевших в свое время нелады с законом, - вспоминая, не перестает удивляться Петр Максимович.

Нередко безобразничали даже те, кто, по сути дела, должен был подавать пример остальным. Однажды Ковалёв вместе с напарником зашел пообедать в вокзальный буфет. Вдруг кто-то снаружи стал ломать дверь. Коллега Петра Максимовича, чтобы выяснить, что происходит, и утихомирить буянов, открыл.

И тут же без всякого предупреждения получил удар кулаком в нос! Ковалёв поспешил на подмогу. На перроне ему предстояло противостоять целой нетрезвой компании, благо приемами борьбы старшина всегда владел отменно. Одного оттолкнул, другого, остальных отрезвил предупредительным выстрелом в воздух. А тут и помощь подоспела. Выяснилось, что пьяный дебош устроили главный инженер, механик, мастера.

Сотрудникам транспортной милиции пришлось столкнуться еще вот с какой проблемой.

О том, что огромное число жителей Советского Союза спешило развивать сельское хозяйство, сообщали все средства массовой информации. А вот о том, что далеко не все выдерживали суровые условия жизни и труда, по понятным причинам замалчивалось. Это потом для целинников стали строить отдельные дома. Но в первое время квартирный вопрос стоял очень остро. Кроме того, катастрофически не хватало пресной воды: в тех краях ее просто не было, только соленая.

Питьевую же возили цистернами за 200 - 300 километров. Да и суровый климат подходил далеко не каждому. Зимой столбик термометра нередко опускался до 40 градусов мороза. Кроме того, бураны не утихали неделями. Летом же стояла невыносимая жара.

- Ой, и бежали люди оттуда! При таком массовом оттоке билетов на поезд всем не хватало. Ждать же многие не хотели, да и не могли. Вот и пускались в опасные путешествия. Не счесть, скольких мы сняли с крыш и подножек вагонов, - вспоминает Петр Ковалёв.

Среди тех, чью безопасность приходилось обеспечивать правоохранителям, был и Первый секретарь ЦК КПСС Никита Сергеевич Хрущёв, любивший посещать те края. Во время его визитов людей в погонах выставляли через каждый километр, вне зависимости от оперативной обстановки и погодных условий. А однажды Петр Максимович оказался в непосредственной близости от первого лица страны:

- Не помню, с кем он встречался на перроне станции Петропавловск. Обеспечивая безопасность, я стоял на переходном мосту. Естественно, в гражданском, потому что Никита Сергеевич не любил, когда его окружали люди в форме. Сверху наблюдал, как руководитель государства со всеми встречными здоровался за руку. Так сложилось, что он такой честью не обошел и дежурную по вокзалу. Она потом долго в подробностях рассказывала обстоятельства той истории.

Ставший родным ЛОМ
В декабре 1961 года старшины милиции Петр Ковалёв и Владимир Тризонов, которые вместе призывались на срочную службу с Могилевщины, решили перевестись ближе к дому. В Минске дали добро на продолжение их трудовой деятельности в Могилевском ЛОМ, который долгое время считался лучшим в БССР, из-за чего много раз получал переходящее Красное Знамя.

Петр Максимович легко вписался в образцовый коллектив. Перелистывая старые подшивки, наткнулась на материал «Он из тех, кто идет впереди», опубликованный в «НС» (тогда - «На страже Октября») в 1981 году, где сообщалось, что Ковалёв «всегда подтянутый, вежливый, решительный, готовый по первому зову прийти на помощь... Когда в отделе возникают трудности и осложнения, в числе первых идет на прорыв Петр Максимович Ковалёв. Не было случая, чтобы он не явился по вызову в любое время суток, как бы ни устал. Уж такой он человек, что не может оставаться в стороне».

В Могилевском ЛОМ старшине поручили сопровождение литерных поездов. Так как приходилось иметь дело с правительственными делегациями, депутатами и иностранцами, работать на этом направлении доверяли наиболее подготовленным сотрудникам - начальнику детской комнаты Владимиру Яковлевичу Ярощенко, старшему инспектору службы Ивану Максимовичу Полонникову, постовому милиционеру Петру Максимовичу Ковалёву.

- В каждом таком составе находились два сотрудника милиции и представитель подразделения КГБ. Службу приходилось нести исключительно в парадной форме. В наши обязанности входило обеспечение безопасности, нужно было следить, чтобы никто на станциях ничего лишнего к поезду не подцепил. В командировках провел немало дней, - объясняет Петр Максимович.

Как-то в Москве планировалось серьезное мероприятие, из-за которого ограничивалось перемещение по столице бродяг и граждан определенных национальностей. Сотрудники транспортной милиции отслеживали пассажирские потоки уже на близлежащих к главному городу Советского Союза станциях. Ковалёва тогда командировали в Вязьму. Старшина зашел в состав, прибывший со стороны Брянска, а там - полный вагон цыган! Вещей они с собой везли столько, что не пройти. Высадил всех, как того требовали инструкции, изъял документы, а их багаж до времени определил в сарай.

- Нет, не страшно было одному работать. Во-первых, договаривался о высадке с цыганским бароном, которого нашел в спальном вагоне. Во-вторых, знал, что на перроне дежурят представители вяземской транспортной милиции, которые при необходимости помогли бы. Позже за профессиональные действия меня отметили грамотой. Правда, эта история всё же закончилась казусом. Понадеявшись на крепость замка, возле сарая с багажом охрану не выставили. Утром хватились, а он пуст! Цыгане под покровом ночи вынесли все вещи, наняли машины и исчезли. Кстати, о возвращении документов они не позаботились. Паспорта так и остались в отделе транспортной милиции, - вспоминает Петр Максимович.

Отдельная категория пассажиров, с которыми приходилось иметь дело, - это иностранцы, за которыми нужен был глаз да глаз. Они закон не нарушали, но сами из-за своей доверчивости нередко становились объектами преступлений. Жулики различных мастей пользовались тем, что купе зарубежных гостей почти никогда не закрывались, а деньги и ценные вещи лежали на виду. Задача правоохранителей заключалась в том, чтобы минимизировать число краж.

Это сейчас купить джинсы - не проблема. А в те далекие годы они были ценностью, за которой гонялся почти весь Советский Союз. Зная об этом, иностранные туристы из-под полы приторговывали дефицитными штанами. К примеру, на станции Копысь пассажирские поезда, пропускающие товарняки, отстаивались на запасном пути. Белорусские перекупщики использовали момент, чтобы приобрести товар. Правда, честно расплачиваться с продавцами никто не собирался - вместо денег подсовывали облигации.

- А потом шмыгнут под вагон, нырнут в кусты и на берег Днепра. И всё за считаные минуты! Ищи их потом, где хочешь. Однажды мы провели массированную отработку этой станции. Задержали в тот раз человек 40, - говорит ветеран.

Вновь обратимся к номеру «НС» 35-летней давности. «За годы службы он задержал несколько десятков преступников. Были среди них и вооруженные. Никогда не забудется случай на станции Быхов, когда ослепленный ревностью мужчина бросился с топором на женщину, садившуюся в пассажирский поезд.

И только мгновенная реакция старшины Ковалёва спасла ей жизнь.

Замышлял недоброе и другой «крестник» старшины, задержанный с заряженным револьвером. Вовремя выявил его Петр Ковалёв, а суд дал возможность остыть горячей голове. Через несколько лет, вернувшись из мест лишения свободы, этот человек пришел и поблагодарил за то, что милиционер не дал свершиться трагедии».

А еще Петр Ковалёв просто помогал людям.

В жизни ведь бывало всякое. Попадет пассажир в беду, останется без денег и документов (одни потеряют, у других вытащат), где искать помощи, как не в милиции? Заявление-то старшина примет, а до дома как добраться? Ковалёв никогда не оставлял человека. Если возможно, просил начальника поезда взять бедолагу без билета. Нередко и деньги одалживал.

И ему всегда возвращали долги, присылая почтовыми переводами.

Рассматривая фотографии из архива Петра Максимовича, обратила внимание на нехарактерный для нынешней милицейской моды разлет брюк - клеш едва ли не от бедра. Не удержалась, чтобы не спросить:

- Удобно ли в таких было догонять правонарушителей?

- Так тогда шили. Чем шире - тем лучше. Это был писк моды. Проблем при преследовании не возникало. Больше неудобств доставляла обувь, которую при беге нередко приходилось снимать. Помню, однажды, стоя на выходе из зала ожидания, приметил, как на остановке общественного транспорта злоумышленник вырвал из рук мужчины сумку и пустился наутек. Я - за ним. Никак догнать не мог - туфли не позволяли ускориться. Только сбросив их, настиг беглеца. Кстати, его добычей стали всего два рубля. Но из-за того, что он был ранее судим, его приговорили к трем годам лишения свободы, - делится Петр Максимович.

Когда на Могилевском отделении дороги увеличился поток грузов и участились преступные посягательства на них, руководство отдела перевело Ковалёва на это горячее направление.

- Младшим инспектором уголовного розыска трудился 12 лет. В те годы тянули всё, что плохо лежало. Поэтому работы хватало. Правда, порой доходило до курьезов. Однажды вместе со стрелком ВОХР устроили засаду на грузовом дворе, откуда злоумышленники на лошади вывозили доски. Мой напарник притаился на наблюдательном пункте, который располагался над землей. Я же ждал его сигнала. Тут и воры уехали, а он всё не подает условленного знака. Спустя продолжительное время коллега пришел откуда-то босой. Оказалось, он прыгнул на воз, а злоумышленники его заметили, только прибыв к месту назначения. То, что он их выслеживал, не догадались. Всыпали ему, чтобы не лез в чужие дела, разули и отпустили. Мы их всё равно задержали, так как уже знали, где они скрываются, - говорит Петр Максимович.

Петр Ковалёв неоднократно защищал честь отдела на различных спортивных соревнованиях, выполнил квалификационный норматив на звание кандидата в мастера спорта по стрельбе - прекрасно владел пистолетом Макарова.

Ушел на пенсию в октябре 1981 года, имея выслугу 26 лет. Но связи с Могилевским ОВДТ ветеран не теряет. По возможности, если позволяет здоровье, обязательно посещает подразделение. По словам заместителя начальника отдела по ИРиКО майора милиции Максима Сарадоева, сложно переоценить влияние П. Ковалёва на молодое поколение.

…Благодаря службе в органах внутренних дел Петр Максимович повстречал девушку, с которой прожил душа в душу уже больше 50 лет. Лидия Владимировна работала на телеграфе, который располагался на вокзале, недалеко от транзитного зала. Сейчас у четы Ковалёвых трое детей, четверо внуков и двое правнуков.


Ольга КУЛИКОВА, газета "На страже".
Фото автора и из личного
архива П. М. КОВАЛЁВА.

Телефон доверия
#моямилиция