26 января 2017Есть задание внедриться в банду

Уже столетие сотрудники органов внутренних дел несут свою бессменную службу. Она всегда была делом нелегким. Сегодня мы расскажем лишь об одном эпизоде, показывающем сложность и опасность этой работы в период становления современной милиции.

Сотрудники уголовного розыска Белоруссии (1923 г.) (пятый слева сидит начальник милиции и уголовного розыска БССР Е.М.Кроль).

«После гражданской войны мы оказались втянутыми в новую форму войны — бандитизм», — писал в 1921–м В.Ленин. Не минула эта война и Белоруссию. Только с ноября 1920–го по июль 1921–го бандиты убили здесь 1.030 человек и сотни ранили. На помощь белорусской милиции советское правительство направило из Ярославской и Владимирской губерний 450 сотрудников НКВД. В борьбе с бандитизмом солдаты правопорядка показывали образцы мужества, стойкости, героизма. Одним из таких людей стал Фома Андреевич Грибов.

Жители Смолевичского, Червенского и Пуховичского районов сейчас вряд ли знают, что решающую роль в разгроме зверствовавшей здесь в 20–е годы банды Смоляк–Смольского сыграл именно Грибов. Уголовник–рецидивист из Пуховичского района Смоляк–Смольский с отпетыми головорезами братьями Бровиковыми, дезертиром Мотузом и еще несколькими приспешниками чинили кровавые дела, изощренно запутывая следы. Отсиживались они по кулацким хуторам и в Узлянском лесу близ Руденска в замаскированной и охраняемой землянке. После ограблений бандиты подолгу скрывались, обдумывая новые злодеяния. Грабили и убивали на лесных дорогах, в населенных пунктах, нападали на советские учреждения, магазины, кассы, потребобщества, обозы с ценными грузами.

Служебная книжка полоцкого милиционера Н.Я.Хотько (1925 г.)

В августе 1922–го бандиты ограбили в районе Смолевичей — Игумена (Червеня) более 20 крестьян. Они же распространяли провокационные слухи о вреде сельских кооперативов, запугивали бедноту.

Для ликвидации банды НКВД БССР создавал особые пешие и конные группы милиции. Одно время на след врага вышла опергруппа сотрудника угро Кореневского, но преступники ускользнули. А осенью во время налета на Шацк они убили 10 представителей волостного актива, ограбили и подожгли магазин. Тогда тоже скрылись, однако вскоре в лесу между Валерьянами и Уздой милиционеры задержали с подводой награбленных вещей бандита Мотуза. Его доставили в Минск. На допросах он упорно молчал. За дело взялся «подселившийся» в камеру опытный оперативник Фома Грибов. Однажды Грибов, хорошо знавший повадки врага, ненавязчиво предложил себя для «совместной работы». Мотуза неожиданно прохрипел: «Сворачиваться надо». Грибов понял, что вызвал доверие у бандита. Узнав о тайных делах банды, договорились бежать. «Побег», правда, удался только Фоме.

...Место явки — кулацкий хутор в Руденском районе. Хозяин впустил в дом, выслушал, дал обрез и отправил на другой хутор — к кулаку Белостоцкому. Так милиционер начал выполнять трудное и опасное задание НКВД: внедриться в банду. Кулак Белостоцкий пользовался, как оказалось, особым авторитетом у ее главаря.

Шли недели. Грибов старался заслужить доверие «хозяина», с усердием выполнял работу. Спал в сарае, старался избегать встреч с посторонними. При появлении милиции уходил в лес. Были у него связные в близлежащих деревнях, но чтобы не навлечь подозрения, Фома не торопил события. Однажды ночью хозяин разбудил его. И в доме незнакомый гость с карабином в руках устроил Грибову расспрос с пристрастием:

— Говоришь, Советы не по душе? Из тюряги бежал?

— Не по душе, бежал, — спокойно ответил Грибов.

Вдруг здоровяк вскочил, перезарядил карабин: «Брешешь, сукин сын! Ты — легавый!» Грибов спокойно поднялся. Мысленно перебрав варианты, решил: видеть его раньше бандит не мог. И говорит: «Хозяин, меня для того будили, чтобы я слушал этот пьяный бред?» И, толкнув ногой дверь, вышел из дома.

Делегаты I фронтового съезда армии тыла Западного фронта, состоявшегося 7 (20) апреля 1917 г., у здания Минского городского театра (в настоящее время – Национальный академический театр им. Я.Купалы).

— Иван, не серчай, — уже во дворе догнал его хозяин. — Это верный человек, от самого батьки пришел.

Неделю спустя Грибов оказался в бандитском логове. «Вон батька, Смоляк–Смольский», — шепнул Грибову провожатый. Через несколько дней была вылазка на хутор Белостоцкого. Грибова оставили в кустах якобы для охраны: его все еще проверяли. Однако милиционер уже знал, где тайная база. Правда, как о ней сообщить своим? Он лежал на нарах, когда в землянку спустились Смоляк–Смольский и Бровиков–старший. Притворившись спящим, Фома услышал очень важный разговор. Всматриваясь в темноту, атаман заметил Грибова. «А этот долго еще будет отлеживаться? — кивнул он на похрапывающего Грибова. — Няхай в Шацк сходит, листовки пораскидает. Да только не один, глаз с него не спускать!»

«Я тогда мысленно поблагодарил судьбу, — писал в отчете сотрудник. — Такая возможность побывать в Шацке. Я написал на обороте одной листовки, где находится землянка и в какое время там собираются бандиты. В Шацке передал листовку нашему человеку».

Для ликвидации банды срочно направили две опергруппы и кавалерийский взвод под командованием У.Лукашевича. Он окружил логово, но внезапного нападения не получилось. Часовые подняли тревогу, и бандиты успели выскочить из землянки. Яростно отстреливаясь, они пытались вырваться из огненного кольца. Когда в ночной схватке были убиты Смоляк–Смольский и его подручные братья Бровиковы, остальные сдались. В ту же ночь наряд милиции во главе с Грибовым, получившим в бою ранение, арестовал кулака Белостоцкого.

На допросах бандиты вели себя нагло, отрицали обвинения. Но в числе других доказательств было и такое. В шести километрах от Смолевичей банда незадолго до ее ликвидации совершила зверское убийство семьи кустаря Рапопорта. Ворвавшись ночью в дом, преступники потребовали золото. Не получив его, зарубили хозяйку и ее детей, а хозяину после пыток размозжили голову прикладом винтовки. Пока изверги истязали безвинных жертв, на кухне в подпечье пряталась 14–летняя дочь Рапопорта. Когда убийцы, не найдя ничего ценного, ушли, обезумевшая от ужаса девочка прибежала в Смолевичи. Она потом и опознала злодеев.

...Нелегким для белорусской милиции был период 20–х и 30–х годов. Кроме охраны общественного порядка, борьбы с уголовной преступностью, пришлось воевать с самогоноварением, спекуляцией, незаконной рубкой леса и прочими преступлениями.

Почему 4 марта — день милиции?

Февральская революция пробудила народы Российской империи к национально–освободительному движению, восстановлению своей государственности. В Беларуси в это время, как и в целом в России, на смену прежней царской полиции приходит народная милиция Временного правительства. 4 марта был опубликован приказ гражданского коменданта Минска, согласно которому служащий Всероссийского земского союза Михаил Михайлов (он же М.В.Фрунзе) назначался «временным начальником милиции Всероссийского земского союза по охране порядка в городе». Отныне все городские чины полиции обязаны были выдавать Михайлову имеющееся у них оружие. В тот же день Михайлов приступил к созданию минской милиции, которая в отличие от народной формировалась только на классовой основе.

Хроника

Бурные 1920 — 1930–е годы

Октябрь 1920 года — советская власть принимает решение об организации народной милиции по принципу формирования частей Красной Армии.

Ноябрь 1920–го — разработан первый основной документ, определивший важные направления охраны порядка — положение о Главном управлении милиции БССР.

Декабрь 1921–го — милиция освобождена от несения караульной службы и стала нести административно–разыскные функции, хотя это не исключало возможности ее использования как военной силы в борьбе с бандитизмом.

Май 1922–го — ВЦИК и СНК РСФСР Российская Советская Федеративная Социалистическая Республика утвердили положение о Народном комиссариате внутренних дел, действующее и в Белоруссии.

Июль 1924–го — законодательно закреплено административное деление БССР. В республике создано 10 окружных управлений милиции и уголовного розыска, 100 районных и 12 городских отделений милиции.

Сотрудники Брагинской волостной милиции (1920 г.)

Август 1925–го — в Гомеле местными оперативниками пойман главный прототип Остапа Бендера из романа «Двенадцать стульев».

Сентябрь 1931–го — Совнаркомом республики утверждено положение о Главном управлении рабоче–крестьянской милиции при СНК БССР.

Декабрь 1932–го — введена единая паспортная система. Проведение паспортизации населения и прописка паспортов вменялись в обязанность милиции.

Июль 1935–го — для решительной борьбы с аварийностью, неправильным использованием и хищническим отношением к автотранспорту в системе центрального управления шоссейных и грунтовых дорог и автотранспорта была создана Государственная автомобильная инспекция (ГАИ), в союзных республиках учреждался институт уполномоченных ГАИ, а в районах — госавтоинспекторов. В марте 1936–го ГАИ передана в ведение Главного управления рабоче–крестьянской милиции. 3 июля того же года СНК СССР утвердил положение о ГАИ.

1936–й — введены специальные звания и знаки различия в рабоче–крестьянской милиции. Для начальствующего состава устанавливались звания: сержант милиции, младший лейтенант милиции, лейтенант милиции, старший лейтенант милиции, капитан милиции, майор милиции, старший майор милиции, инспектор милиции, директор милиции, главный директор милиции. Для рядового и младшего начальствующего состава — милиционер, старший милиционер, отделенный командир, помощник командира взвода, старшина.

Алексей ВИШНЕВСКИЙ, профессор кафедры теории и истории государства и права Академии МВД, полковник милиции в отставке.

Фото предоставлено Академией МВД.

Советская Белоруссия № 17 (25152). Четверг, 26 января 2017

Телефон доверия
#моямилиция